Аналитическая платформа Santiment опубликовала график, на котором средний объём торгов крупнейшими некстейблкоиновыми криптоактивами сполз к слабейшим значениям за два года. Снижение идёт непрерывно с июля 2024 года, и компания подчёркивает: это не летняя вялость, а структурное отступление аппетита к риску. Параллельно расходится вторая цифра — число кошельков, где лежит хотя бы один биткоин, выросло почти на 0,4% с июня, это больше четырёх тысяч новых адресов. Сочетание выглядит соблазнительно: торгуют мало, накапливают много, значит, кто-то тихо готовится. Разберёмся, что здесь измерено на самом деле, кому принадлежит каждая цифра и почему исторические параллели в этом сюжете работают хуже, чем кажется. Это аналитический обзор, а не инвестиционная рекомендация.

Что именно измерено и чьи это данные

Первое уточнение — про авторство, потому что две цифры из вводной части принадлежат разным людям. Про объёмы действительно написала Santiment. А данные о кошельках с одним биткоином и более опубликовал независимый аналитик Али Мартинес — это его расчёт от 14 июля, а не часть отчёта Santiment. Компания в своих публикациях отслеживает другой показатель — общее число непустых адресов в сети, и он у неё растёт по всем крупным активам; у Ethereum, например, она насчитывает около 195 миллионов держателей. Разница не педантская: складывать выводы двух разных источников в один «сигнал» можно только после того, как признал, что это два разных источника с разными методиками.

Второе уточнение — про новизну. Формулировка «минимум за два года» появилась не сейчас: ровно этот тезис Santiment публиковала ещё 11 июня 2026 года, с теми же причинами и той же оговоркой про возможный отскок. С тех пор прошло больше месяца, и картина за это время слегка изменилась — об этом ниже. Само по себе повторение тезиса ничего не опровергает, но обесценивает подачу через слово «сейчас».

Третье — про саму метрику. Показатель Santiment отслеживает торговую активность на централизованных биржах. Внебиржевые сделки и оборот на децентрализованных площадках в него не попадают. Это не изъян методики — просто нужно понимать границы: «объём упал» здесь означает «упал объём в той части рынка, которую видит эта метрика», а не «денег в системе стало меньше».

Три объяснения затишья и что за каждым стоит

Сама Santiment называет причины прямо: повторяющиеся снижения рынка, ослабевший спотовый спрос, макроэкономическая неопределённость, геополитическое напряжение и переменчивые потоки в биржевые фонды. Разложим их по степени доказанности.

Самое интересное наблюдение компании лежит чуть в стороне: угасший интерес она называет недооценённой формой давления на настроения. Когда люди перестают спорить, писать и гоняться за каждой свечой, крупному покупателю становится проще двигать цену — розница не толпится в сделке. Это красивое рассуждение, но обратите внимание: оно симметрично. Крупному продавцу тоже становится проще. Тонкая книга не имеет предпочтений по направлению — и сама компания это признаёт, отмечая, что низкая активность режет в обе стороны. Что происходит с теми, кто пытается торговать в такой фазе, мы разбирали в материале про психологию боковика.

Историческая параллель и то, что из неё обычно вырезают

Аргумент «после затишья приходит большое движение» опирается на реальный эпизод, но в пересказах его укорачивают до неузнаваемости. Отсчёт обычно ведут с июля 2024 года — тогда объём тоже пошёл вниз, а цена не смогла пробиться выше. Дальше в изложении сразу следует пробой вверх. Между этими двумя точками есть третья, и она существенная.

Цена ушла с уровня около 69 тысяч долларов до 49 170 — это почти минус 29%, — и только оттуда началось движение вверх. Инвестор, который в июле 2024 года прочитал «объём на минимуме, готовимся к импульсу» и купил, получил импульс не сразу, а сначала просадку на треть портфеля. Тезис «затишье предшествует крупным движениям» формально верен и в этом случае: движение действительно было. Он просто ничего не говорит ни о направлении первого движения, ни о том, сколько придётся его ждать.

Есть и методологическая проблема посерьёзнее. Аргумент строится на отобранных задним числом эпизодах: вспоминают затишья, за которыми последовал рост, и не вспоминают те, за которыми последовало дальнейшее сползание, — а таких в истории актива хватает. Показательно, что сама Santiment формулирует аккуратнее многих: некоторые из сильнейших восстановлений возникали в периоды минимального интереса. Некоторые. Это не «все затишья заканчивались ростом», и компания прямо пишет, что не предсказывает момент разворота, а лишь отмечает складывающиеся условия.

Растущие кошельки: насколько это сигнал

Теперь про вторую половину сюжета. Плюс 0,4% и четыре с лишним тысячи новых адресов с одним биткоином и более за полтора месяца — прибавка настолько скромная, что называть её сигналом можно только с натяжкой. Для сравнения: в те же дни средний объём торгов, по данным той же отрасли, находится на двухлетнем минимуме, то есть счёт идёт на порядки более крупные величины.

Важнее методическая оговорка: кошелёк не равен человеку. Один держатель заводит десятки адресов, биржи и кастодианы дробят холодное хранение на множество кошельков, а перевод монет с площадки на самостоятельное хранение создаёт новые адреса, не создавая новых владельцев. Рост числа адресов с одним биткоином может отражать и приход новых людей, и перераспределение уже существующих монет — по одной этой метрике различить их нельзя. Именно поэтому трактовки такого рода стоит читать как гипотезы; про природу подобных выводов мы писали в материале о том, как алгоритмы делают выводы о поведении крупных держателей по ончейн-данным.

Отдельно Santiment отмечает, что адреса с балансом от 10 до 10 000 биткоинов добавили за неделю около 11 тысяч монет, и называет это поглощением предложения сильными руками. Здесь та же оговорка в квадрате: указанный интервал включает и биржевые кошельки, так что часть «накопления» может оказаться обычным перемещением внутри инфраструктуры площадок. Кто такие киты и почему их движения читаются хуже, чем принято думать, — тема отдельного разговора. Что до удержания актива вдолгую, то рост доли таких кошельков при падающем обороте — вещь вполне обычная для затяжных боковиков и сама по себе ни о каком грядущем импульсе не свидетельствует.

Что в этой картине действительно устойчиво

Если убрать интерпретации, остаётся несколько наблюдений, с которыми трудно спорить. Оборот на биржах сжался — это измеримо. Фундамент при этом не разрушается: разработчики продолжают выпускать код, институциональная инфраструктура достраивается, объём токенизированных реальных активов перевалил за 20 миллиардов долларов. Рынок, который разваливается, обычно выглядит иначе — там сворачиваются проекты, а не запускаются.

Верно и то, что тонкая книга делает рынок более отзывчивым: небольшой поток способен двинуть цену сильнее обычного. Но это свойство среды, а не прогноз. Оно работает и вверх, и вниз, и предсказать, какой поток придёт первым, из самой метрики объёма невозможно. Особенно заметно это в альткоинах, где ликвидность тоньше всего, — мы разбирали это в материале про альткоины под давлением снижающейся ликвидности, и в разборе социальных настроений вокруг альтсезона.

Частые вопросы