Долговая нагрузка США и премия за срок: цена сорока триллионов

Совокупный государственный долг США по состоянию на 18 августа 2026 года составил 40,047 триллиона долларов. Отметку в 30 триллионов прошли в январе 2022 года. Меньше чем за пять лет прибавилась примерно треть, а за последние три года долг вырос на 8 триллионов.

Держателям вне государства принадлежит более 32,2 триллиона. Остальное — обязательства перед собственными структурами. В рыночном ценообразовании эта часть почти не участвует.

Стоимость обслуживания как отдельная статья расходов

Проценты по долгу за первые десять месяцев 2026 финансового года достигли 1,17 триллиона долларов — рост на 15% к предыдущему году. Расходы обогнали программу Medicare и стали второй по величине статьёй федерального бюджета после Social Security.

Доля в экономике оценивается в 3,2% ВВП. Это максимум с 1991 года. Единого критического порога не существует, обычно выше 3% считается тревожным, но не катастрофическим уровнем, и главная неприятность впереди: долг, размещённый в 2020–2021 годах почти под ноль, рефинансируется по нынешним ставкам.

Долг такого размера растёт сам, за счёт процентных расходов, и это уже механика, а не сценарий.

Порочный круг в формулировке Ярдени

Эд Ярдени описывает конструкцию прямо: если ставки повышаются из-за опасений по поводу долговой нагрузки, платить процентов приходится больше, что усиливает опасения. Круг замыкается сам на себя.

Дефицит остаётся гигантским даже при относительно сильной экономике — на это указывает Шай Акабас из Bipartisan Policy Center. За первые десять месяцев текущего финансового года дефицит уже превысил показатель за весь предыдущий год, а июльский результат в 432 миллиарда долларов стал четвёртым по величине месячным дефицитом в истории страны.

Фонд Петерсона оценивает: без изменений в налоговой и бюджетной политике долг дойдёт до 50 триллионов в течение шести лет. Оговорюсь честно — такие прогнозы почти всегда линейны, а политика меняется, поэтому я считаю эту цифру ориентиром масштаба, а не предсказанием.

Где здесь премия за срок

Всё перечисленное упирается в один рыночный параметр. Инвестор, покупающий тридцатилетнюю бумагу, требует компенсацию за риск того, что заёмщик будет занимать всё больше, а обесценивание валюты продолжится. Компенсация и называется премией за срок.

Доходность тридцатилетних бумаг на неделе поднималась до максимума почти за два десятилетия, дойдя 20 августа до 5,2256%. Двухлетние при этом стоят 4,1727%. Разрыв в 105 базисных пунктов на отрезке от двух до тридцати лет — это и есть цена вопроса в чистом виде.

Короткий конец кривой торгует политику центрального банка. Длинный конец торгует доверие к заёмщику.

Практические следствия

Более высокая доходность госдолга тянет вверх ипотеку, автокредиты и стоимость займов для бизнеса. Дальше эффект расходится по всей экономике, а рисковые активы получают его последними и в усиленном виде.

Крупнейшие держатели — сами американцы. Институты, фонды, банки, граждане. Среди иностранцев заметна Япония с вложениями свыше триллиона долларов, и вот здесь я вижу настоящую уязвимость — при развороте японской ставки часть этих денег имеет причину вернуться домой.

Дефицит финансируется до тех пор, пока находится покупатель. Вопрос всегда в цене, а не в наличии.

Как работает накопление процентов на длинном горизонте, наглядно показывает калькулятор сложного процента, а определения по долговому рынку собраны в словаре терминов. Смежные разборы — в разделе «Экономика».

Источники: Oninvest о рекордном уровне долга и комментариях аналитиков, разбор структуры расходов на обслуживание, оценка доли процентных расходов в ВВП.

Частые вопросы